Practical Demonkeeping

Объявление

« Русалочка »
Он отмел эту мысль. Франциска охраняет замысел и воля Господа, и он делал то, что считал единственно правильным: искал затерявшийся в море корабль, чтобы спасти людей.
Если, конечно, там и вправду был корабль.
И если, конечно, на нем остался хоть кто-то выживший.
Мистика, городское фэнтези
Ирландия, г. Дублин, 2017 г.
× Сюжет × О мире × Занятые внешности ×
× FAQ и Правила × Шаблон анкеты ×
× Список персонажей ×

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Practical Demonkeeping » История » [04.03.2017] Проклятые и проклинаемые


[04.03.2017] Проклятые и проклинаемые

Сообщений 21 страница 26 из 26

21

- Возможно ты и прав, - задумчиво проговорил Симон, поглаживая его ладонь. Снова поднималось желание впиться в руку Шона зубами, и виверн куда больше думал о том, как его сдержать, чем о том, как в действительности захватить и убедить Бирна, тем более, что всерьез он об этом и не думал. - Возможно и прав... Боюсь, забирать документы все равно придется завтра тебе. Я останусь с Лалой, она, должно быть, совсем перепугалась. Я скажу, куда ехать.
- Хорошо, расскажешь, и я все привезу, - кивнул демон, но руку все же убрал. Слишком уж голодным был взгляд Симона – того гляди вцепится. – Ты уверен, что все в порядке? Что будем делать без лекарства? Я пока в норме, но вот Лала… она уже сожрала человека на острове. Боюсь, что теперь ее сдерживать станет сложнее. Почему ты сразу не сказал, что без него она начинает бросаться на все подряд? И мы озвереем также? – демон поднялся с кровати и отошел к окну, всматриваясь в темноту, где поднявшийся к ночи ветер рвал в клочья деревья в саду миссис Тимонс.  – Как сложно этот препарат изготовить заново?
- Третья Дорога дает удивительную силу, но эта же сила имеет и последствия, - Симон проводил его движение взглядом. - Я рассказывал. Лала всегда была подвержена ее воздействию больше меня, возможно даже больше всех в Кроухолте. Она могла бы стать идеальным Существом, если бы ее тело не было таким хрупким. Но я изготовлю лекарство, как только у меня под рукой будет все необходимое. Если получится вылететь завтра, то уже через пару дней. Не о чем волноваться.
Он сказал это, но твердой уверенности у него не было. Где гарантия, что Лала не разгрызет старую дуру, хозяйку дома? Разве он может знать наверняка, что не превратится в чудовище сам, не сдерживаемый больше никакими химическими блокировками?
Коннолли это чувствует.
- Ты боишься меня? - тихо спросил Симон, не сводя с него глаз.
- Нет, - ответил Шон, обернувшись к нему. – Во мне живет не меньший зверь, чем в тебе. Но иногда я тебя не понимаю.
- Дай мне руку, - попросил Симон. Глаза его горели змеиным блеском.
- Зачем? – демон не тронулся с места. Если он и до этого поведение приятеля не всегда понимал, то сейчас уж тем более.
"Затем, что я хочу, чтобы ты верил только мне и выбросил из головы все свои бредовые мысли!" - чуть не рявкнул Симон, но вслух сказал:
- Хочу объяснить тебе... - виверн поднялся с кровати, чувствуя, как накатывают волны чужих, не-своих, нездоровых желаний. Дракон желал подчинения. Дракон желал поглотить все то, что ему дорого, лишь бы оно не досталось никому другому. Если Шон начнет его подозревать, то сорвется рано или поздно.
Он сам подошел к Шону и взял его за руку. Крепко сжал в ладонях. Зачаровывать другое Существо невероятно сложно, а у Коннолли сильная воля, но сейчас Симон не до конца осознавал, что именно он пытается ему внушить. Полную преданность? Полную любовь?
- Объяснить, что мы оба не звери, - прошептал он, наклонившись совсем близко к лицу демона. - Мы оба выше всего этого...
Виверн потянулся чуть ближе и коснулся его губ.
- Дьявол, Симон! – демон чуть отстранился назад.
Что-то во всей это ситуации его напрягало и казалось неправильным. Он никогда не думал, что их отношения с виверном заходили дальше дружеских. Но… с другой стороны, на кой бес тот его сейчас провоцирует? Знает ведь, что женщин у него не было давным-давно. Да и только ли женщин? Шон вдруг спохватился, что об этой стороне своей жизни так ни разу Симона и не спросил – со всеми проблемами и голосам Дороги ему не пришло в голову поинтересоваться, кого он трахал до амнезии.
Можно было спросить сейчас…
А можно и не спрашивать.
В конце концов, Симон напрашивался сам.
Оставалось решить, насколько сильно затянуло сознание моралью, чтобы удержаться и не завалить собственного приятеля на постель блудного сына миссис Тимонс.
Симон улыбнулся, уже видя сомнение в глазах демона. Возможно, если направить желания сущности виверна в этом направлении, тот насытится и угомонится, хотя бы на какое-то время. А Коннолли не сможет устоять - все-таки он всего лишь мальчишка, запутавшийся, потерянный и так же отчаянно жаждущий чужой близости. Неважно, дружеской или любовной.
Он вновь притянул Шона к себе, впился в него с нарастающей страстью.
- Ты все понимаешь правильно, - прошептал он в полураскрытые губы демона. Самого его дурманило от ощущения того, насколько близко сейчас проходит от Шона опасность, о которой тот и не подозревает: ведь стоит выпустить яд...
Это возбуждало Симона сильнее всего прочего.
- Как знаешь, - демон толкнул его назад, прижимая к стене и целуя. В конце концов, он тоже не святая монашка, чтобы мяться на месте, когда пристают с вполне понятным намеком.
И голоса Дороги становятся в голове тише, если от них отвлечься.

+3

22

Когда Шон отодвинул от нее нож, Лала кинула на него недовольный взгляд и насупилась, сжимая в кулак пустую руку. Но печеньку все же взяла, под недовольное шипение Змея, а потом еще одну, запивая ее обжигающе горячим чаем. Не кровь и не нож, конечно, но пока тоже вполне сойдет. А там видно будет. Главное, не слушать его и не думать о том, что в чае что-то может быть. Это было легко, печенье было очень сладким, а сладости Лайлек любила, чай – горячим, согревающим каждую клеточку тела. А заботливая хозяйка дома еще и включила обогреватель, подвинув его поближе к вздрогнувшей в первое мгновение девушке. Но постепенно напряжение отпускало, вместо него пришла сонливость и Лала сама не заметила, как задремала, прислонившись щекой сначала к плечу Шона, а потом неосознанно передвинулась ближе к радиатору, впитывая его сухое тепло. Пока брат не приехал, ей можно было немного поспать, так время пройдет значительно быстрее. Вымотанная нападением и перелетом, девушка, впрочем, его возвращение пропустила, не проснулась она толком и тогда, когда хозяйка дома помогла перебраться на диван, только свернулась клубочком под теплым пледом, подтягивая колени к груди и обхватывая их руками. Ей нравилось это ощущение тепла и уюта, которые создавали иллюзию, что ничего не случилось, что они по-прежнему дома. Лайлек даже видела его во сне и слышала плеск волн, которые были хорошо видны из окна ее комнаты. Потом сон сменился, теперь девушка видела другой дом, самый первый, там было много таких, как она, а еще там был Киан. Во сне он тоже был, не так как сейчас только голосом, а весь, целиком. Он приносил ей дикие ирисы и колокольчики, а потом они подолгу сидели и рисовали или просто слушали песню. Тогда она звучала постоянно и Лале казалось, что ничего прекраснее она никогда не слышала и наверняка не услышит. Киану она тоже всегда нравилась, именно поэтому он однажды предложил поискать ее. Вместе. Но в итоге ушел один, а Лайлек осталась, потому что ее не пустили. Сейчас во сне Киан тоже уходил один. Рыжеволосая мальчишечья фигурка все удалялась и удалялась, и как девушка не старалась, догнать его она не могла. С каждым шагом двигаться становилось все тяжелее, пока Лала не шлепнулась на пыльную дорогу от того, что ноги перестали ее держать.
Они всегда уходят, а ты всегда остаешься одна… Хотя должна быть там, с ними… С нами… - над девушкой нависла чья-то гибкая, ломаная тень. – Ты должна быть с нами. Ты же тоже слышишь ее... - ледяные пальцы коснулись лица и Лайлек дернулась, открывая глаза и резко садясь. Плед сполз на пол, но девушка этого не заметила, остановившимся взглядом вперившись в стену. Сердце бешено стучало, а в ушах шумела кровь, но эти звуки не могли заглушить полузабытую мелодию, которую Лала не слышала уже так давно. Если раньше на острове она звучала очень редко и едва слышно, все время что-то мешало, что сейчас звук стал четче, девушка даже могла различить отдельные слова. По крайней мере ей так казалось.
"И как я могла забыть про нее?" - даже удивилась Лала, медленно моргая и растягивая губы в счастливой улыбке. Ну ладно, это совершенно не важно, главное, что сейчас мелодия вспомнилась и ничего не мешает к ней отправиться.
Девушка отбросила плед совсем и свесила ноги с дивана, пытаясь подняться. Ей это удалось, Лала даже сделала пару шагов, но потом слабые ноги не выдержали и девушка рухнула на пол, попутно обрушив с кофейного столика около дивана лампу, стопку журналов и еще какую-то мелочевку.
Только тут она очнулась, взгляд стал относительно осмысленным и очень испуганным. Лала отползла к дивану, подтягивая к себе плед и прижимая к груди, девушка совершенно не понимала, где она и как тут очутилась, и почему за окном уже давно серое утро, вместо пасмурного вечера.
- Шон? – испуганно позвала она. – Симон? Кто-нибудь! – голос задрожал. Неужели Змей был прав и ее действительно все бросили?

[nick]Лайлек Креван[/nick][status]Broken flower[/status][icon]http://i65.tinypic.com/2up6czt.jpg[/icon][info]<b><a href="http://demonovod.rusff.ru/">Виверна</a></b>, 24 года<br>  Сестра Симона[/info]

+4

23

Проснулся Шон когда уже рассвело, но было достаточно рано, и все в доме спокойно спали. Он сел на кровати, покосился на спящего рядом Симона, потирая висок. Спящий виверн выглядел спокойным и безмятежным, но у демона на душе было тревожно. Как-то не ожидал он от себя, что завалит в постель собственного друга, и по фигу, что друг был, в общем-то, не против. А еще интересовало, были ли у них подобные отношения в прошлом. До этого Шон считал по умолчанию, что нет, но сейчас крепко задумался, решив позже на эту тему поговорить и все для себя прояснить.
Потихоньку, чтобы не разбудить Симона, демон, захватив подушку, перебрался на диван. Места здесь была мало, вернее, диван оказался, слишком коротким, но зато не надо было оправдываться перед миссис Тимонс, если надумает заглянуть в комнату утром. А та вполне могла, например, завтракать позвать или предложить уматывать восвояси из ее дома, где и так уже нагло задержались непозволительно долго.
Но уснуть заново было уже не суждено. Только Шон устроился поудобнее, как откуда-то донесся грохот и крик Лалы. Дьявол! Про девчонку-то они совсем забыли! Он быстро вскочил на ноги, натянул джинсы и рванул в коридор.
- Лала?! – крикнул Шон, пытаясь сообразить, откуда был грохот. Затем вспомнил, что миссис Тимонс говорила про диван, и рванул вниз, надеясь, что сердобольная женщина не уволокла девчонку куда-нибудь на второй этаж.
Лайлек нашлась в гостиной -  перепуганная, с пледом в руках и слезами на глазах. Шон бросил взгляд на перевернутый журнальный столик и поспешил к девушке.
- Ты упала? Ничего страшного, - он поднял ее на руки и усадил на диван.
Тут же примчалась и миссис Тимонс, всплеснув руками, когда узнала, что произошло. И Симон, которого грохот тоже разбудил.
Шон поставил стол на место, собрал рассыпанные по полу журналы. А вот настольная лампа падение не перенесла.
- Извините, - демон посмотрел хозяйку и присел, чтобы собрать большие осколки.
- Ничего, я сейчас все замету, не трогайте, а то еще порежетесь, - вздохнула та и вышла из комнаты.
- Я думаю, нам все же пора, - Шон обернулся к Симону. – И так уже всю голову ей заморочили.
Он выглянул в окно. Дождь уже прошел, но небо так и осталось затянуто тучами. Зато голоса Дороги перешептывались в голове так тихо, что почти не мешали. 
Виверн на этот раз насчет отъезда не возражал, поэтому собрались быстро – минут за пятнадцать – и отправились в Дублин. Опять же на машине миссис Тимонс, хоть и старенькой, но бегающей вполне сносно. Машину решено было бросить где-нибудь в столице, и Шон был уверен, что ее непременно найдут и вернут хозяйке, так что тут миссис Тимонс ни в чем не потеряет, разве что понервничает, пока пишет обращение в Гарду.

В Дублине остановились опять же в пригороде, чтобы сильно не светиться перед агентами Дома, если те идут по их следу, да и до аэропорта отсюда было намного ближе. Симон выбрал небольшой отель эконом-класса, задурил голову администратору и получил ключи от двухкомнатного номера. Шон забрал у него документы и отправился в аэропорт, попутно решив отогнать подальше в сторону машину миссис Тимонс.
- Пока вы завтракаете, я уже вернусь, - заверил он Симона с Лалой.
Девушка уже оправилась после утреннего испуга и тормошила брата с завтраком. С виверном же о том, что произошло ночью, он так перекинуться словом и не успел – то рядом крутилась миссис Тимонс, то Лайлек, а поговорить хотелось наедине и вовсе без свидетелей. Да впрочем, Шон не расстроился насчет разговоров – у них впереди было много времени, особенно в Италии, когда можно будет вздохнуть спокойно и жить, как и все люди, не прячась и не боясь, что могу выследить и убить.

+4

24

Мерно капала вода из крана, слишком старого, чтобы его возможно было завернуть до конца. Сквозь плотно задернутые шторы проникал тусклый дневной свет, оставляя в тени большую часть комнаты. Все еще сильно пахло бургерами, разогретыми на завтрак в микроволновке, и дешевым освежителем воздуха, призванным скрыть сомнительную чистоту гостиничного номера.
Симон прикрыл глаза предплечьем, не желая вставать с дивана — не желая, и даже страшась. Лала, успокоившись и наевшись, сопела где-то на соседнем диванчике — не то спала, не то была полностью погружена в свои мысли, — и он не спешил ее тревожить. Сестренке уже достаточно было того, чего она натерпелась.
Как, вообще-то, и им с Шоном.
Капля за каплей. Тихий шлепок где-то раз в полминуты. Раздражающий, тихий звук, скребущий по нервам именно своим навязчивым повторением.
Он держался все утро. Всю дорогу до этого захудалого отельчика, стараясь не инициировать разговоры и сохраняя спокойное, уверенное выражение лица. Он устал сдерживаться. С утра он оставался в постели до упора, слушая, как проснулся и перебрался на диван Шон, и не решаясь шевельнуться рядом с ним.
Потому что виверн не насытился. Симон это чувствовал и не хотел делать ничего, что могло бы его спровоцировать. Соблазн сорваться был слишком велик: Шон и Лала были все время рядом — такие упоительно живые, бодрые. Теплые.
Теплые. Руки все еще помнили теплое тело Шона, прижимавшего его к кровати в доме миссис Тимонс. Он совратил мальчишку, ожидая, что хищный, животный голод внутри него утихнет, но удовлетворения не было. Только прибавилась новая проблема, ведь Коннолли теперь непременно будет допытываться о том, что произошло...
Ничего, скоро все это уже не будет иметь значения. Они покинут Ирландию и переберутся в штаб «Уробороса» в Италии, а потом, может, и еще дальше. Его дело еще не закончено, но оно будет завершено. Потеря Кроухолта — это еще не все.
Еще не все. Они возродятся новыми Существами, лучше, сильнее и совершеннее, чем были. Он чувствовал в себе силы и способности изменить это. Изменить их.
Изменить... нас...

Симон перевернулся на другой бок, но зуд в деснах и жжение в глазах, появившиеся несколько часов назад, не утихали. С каждым новый ударом водяной капли о раковину он чувствовал возрастающий голод, и чем дольше лежал, тем тусклее становился мир вокруг него, и ярче — тот, что скрывался внутри.
В том мире слабо примятая трава обозначала тропу, уводившую под сень старых, тускло-зеленых деревьев, приветливо шелестевших осыпающейся листвой. Мягкая, длинная трава. Стебли спускаются в мелкий ручеек и колеблются тревожно, как волосы утопленника. Примятая трава. Единственные видимые, зримые ворота на Дорогу, с которой не возвращаются. На которую он так и не осмелился ступить, а теперь уже поздно...
Не поздно!
Яростный протест был непреодолимым, будто тошнота. Симон скатился с дивана и бросился в примыкавшую к комнатке ванную. Ввалился, наскоро, дрожащими руками закрыл дверь на задвижку, открыл холодную воду, сунул голову под кран целиком. Вода забилась в уши, залила глаза — и все же даже сейчас он видел колышущиеся в ручье травяные стебли. На Дороге, уводящей...
Нет. Нет, он не на Дороге. Он в отеле на границе Дублина, и терять связь с реальностью никак нельзя.
А, собственно, почему нельзя?
Мысль пришла откуда-то из глубин подсознания, и за пару мгновений укоренилась слишком крепко, чтобы Симон мог изгнать ее. Ведь он и вправду может быть более сильным, приспособленным, хладнокровным, не подверженным слабостям... и для этого ему не нужно даже прилагать никаких усилий — всего лишь отпустить себя.
Позволить себе быть собой. Не бороться с тем, что неизбежно.
И тогда, быть может, получится вернуться назад, в разрушенный, сожженный Кроухолт, на тропу, заросшую мягкими травяными стеблями. Тропу, разраставшуюся в Дорогу...

Когда он наконец-то выпростался из-под крана и поднял голову, страх и смятение отпустили. В них больше не было нужды и не было смысла. Вода ручьями стекала по спокойному лицу виверна, насквозь промочила рубашку на плечах. Он облизнул губы, глотая попавшие в рот капли — длинный язык совсем не задел острые треугольные зубы.
Из помутневшего зеркала на него смотрели два блестящих желто-зеленых глаза с вертикальными змеиными зрачками. Глаза дракона. Существа, непоколебимо уверенного в собственной мощи, в том, что встать между ним и его свободой никто не осмелится.
А если и осмелятся...
Он не вытер ни руки, ни лицо. Он не собирался надевать куртку или брать машину напрокат. Он просто выйдет отсюда, распахнет крылья, поймает воздушный поток, который — виверн это знал — принесет его к тому месту, куда он так отчаянно стремился.
Тихо щелкнула отодвигаемая задвижка, и виверн остановился.
В комнате он был не один. В тусклой паутине теней, в градации серых и черных оттенков ярко билась чужая Сущность. Такая же, как его собственная, пылающая всполохами алого и зеленого цветов. Он видел ее подобно тому, как видят живой, дышащий, теплый объект на тепловизоре. Он почти чувствовал токи крови по ее венам, и ярче всего светились огненные точки ее глаз, когда она ощутила его присутствие.
Такая же, как он. Сестра. Пробужденная Сущность, жаждущая свободы, Сущность, которую он все это время сдерживал лекарствами, таблетками, инъекциями. Такая же несчастная, запертая в клетке собственного тела, угнетаемая враждебным, холодным миром, настроенным против них.
- Лала... - он вспомнил ее имя, присаживаясь рядом с ней и беря ее руку в свои ладони.
[icon]http://s7.uploads.ru/Pk967.png[/icon][status]Dragonborn[/status]

Отредактировано Симон Креван (29-07-2018 15:50:34)

+3

25

Они снова куда-то двигались. Правда, на этот раз в теплой и удобной машине, что заставило Лайлек оживиться. Даже сны и песня отодвинулись куда-то на границу сознания, хотя и не стерлись из памяти полностью. Да такое и нельзя стереть, оно всегда находится где-то рядом, только Лала не всегда это может слышать. Сейчас – могла, и это странным образом бодрило, по крайней мере пока они куда-то ехали. Да и поначалу там, где они остановились, тоже было интересно, даже несмотря на то, что Шон куда-то ушел. Но он обещал вернуться, а потому девушка не переживала, да и телевизор, стоящий в номере поначалу захватил все ее внимание. Его она раньше не смотрела, ни в той, полузабытой жизни, ни на острове, там у них было только старое, временами потрескивающие от помех радио. И мельтешение картинок Лалу очаровало, она щелкала и щелкала каналы, не особо вдумываясь в смысл того, видела, пока цветные картинки не слились в сплошную ленту из цвета и шума, которого девушка тоже не понимала. А потом шум сменился песней, хотя цвет все так же остался, словно бы придавая объем мелодии. Пальцы виверны разжались и пульт с мягким стуком упал не диван, только она этого совершенно не заметила, сосредоточившись на своих внутренних ощущениях и видениях. В них как и ночью опять замелькали те, кто уже ушел искать песню, и если бы не сытое умиротворение, то Лайлек бы снова испытала досаду. Ей ведь тоже надо туда, а она почему-то продолжает сидеть здесь.
Девушка шевельнулась, повела плечами, не то разминая их, не то пытаясь расправить несуществующие крылья, но вновь замерла, только распахнула глаза, немигающе уставившиеся в одну точку где-то над телевизором. Надо встать и идти, но слишком тепло, слишком сыто Лайлек себя чувствовала, чтобы куда-то двигаться. Вот придет Шон и тогда они все вместе пойдут, может даже и искать песню. Главное, чтобы брат опять куда-нибудь не делся. Симон тоже любил пропадать, не так, как остальные ее друзья, он, в отличии от них, всегда возвращался, хоть и отсутствовал долго. Мысль о брате и какой-то резкий звук вновь заставила встрепенуться, выныривая из сонного оцепенения, и Лала тревожно завертела головой, пытаясь отыскать в комнате Симона. Тот в поле зрения не попадал и девушка приподнялась, задышав чаще и испуганней.
Ее оставили одну?.. Лайлек вцепилась в подлокотник, приподнимаясь, глаза ее стремительно желтели от накативших эмоций. Донесшийся из ванной плеск воды немного успокоил, но не настолько, чтобы виверна вновь погрузилась в блаженное оцепенение. Теперь она таращилась на дверь ванной, не отрываясь и даже дыша через раз. А что если этот шум ей просто померещился? Что если она все-таки одна. Не совсем одна, конечно, но даже ее друзья притихли, только Киан едва слышно уговаривал не бояться. Но Киан уже была там, где звучала песня, ему говорить легко, а она – здесь. Одна. Наверное. Встать и проверить Лайлек не могла, хотя и очень хотела.
"Но ведь Симон сказал, что не бросит меня, - эти слова были наверное все-таки обращены к ее друзьям, но никто не ответил, - и Шон должен скоро вернуться…" - чтобы там не говорили всякие Змеи, но брату и другу она верила. Очень хотела верить. И не зря.
Когда дверь открылась и на пороге ванной показался Симон, девушка облегченно выдохнула и расцепила судорожно стиснутые на подлокотники пальцы. Не одна. От этого было по-настоящему радостно, хотя и терзавший ее несколько мгновений назад страх никуда не отступил, так что глаза по-прежнему отсвечивали тревожной желтизной.
- Симон, -  Лайлек склонила голову, глядя на присевшего рядом брата и сжимая в ответ его пальцы, - ты меня напугал, - надув губы, заявила она, - очень-очень… А еще я устала ждать, когда уже мы пойдем туда? – девушка неопределенно махнула свободной рукой куда-то в сторону двери, но было ясно, что имеет в виду она вовсе не выход на улицу. – Там меня Киан уже долго ждет и песня, - печально вздохнула Лала, а потом на ее губах расцвела улыбка, - я ее почти забыла, но сегодня вспомнила, представляешь?

[nick]Лайлек Креван[/nick][status]Broken flower[/status][icon]http://i65.tinypic.com/2up6czt.jpg[/icon][info]<b><a href="http://demonovod.rusff.ru/">Виверна</a></b>, 24 года<br>  Сестра Симона[/info]

+3

26

Она смотрела на него снизу вверх доверчивыми, распахнутыми серыми глазами, и в какой-то момент что-то внутри виверна вздрогнуло в испуге.
Он уже видел у нее этот взгляд - да-да, наверное лет десять назад, когда она почти ушла туда, на Дорогу, куда он так и не осмелился ступить.
Тогда он догнал ее в последний момент, у самого края, отыскав в длинной, покрытой холодной росой траве маленькие следы ее босых ног. Лала была похожа на призрака, бредущего в тумане - облаченного в белое, отрешенного, твердо знающего, что ждет ее по ту сторону границы. Когда брат схватил ее за руку, удерживая на месте, она повернулась к нему - и да, у нее был тот же самый взгляд, и та же самая улыбка.
"Все будет хорошо", - безмолвно говорила она этими глазами и этой улыбкой.-  "Я точно знаю..."
Тогда он впервые почувствовал страх за нее. Но куда хуже - он почувствовал злость, тяжелую, черную, обволакивающую рассудок душным облаком. Потому что сестра - единственная близкая ему, глупая маленькая Лала, живущая в своих мечтах, оказалась восприимчивее, податливее к Зову, чем он.
Правда была в том, что когда он привел ее домой и усадил в кресло, когда причесывал ее растрепавшиеся волосы и успокаивающе гладил по голове, когда фиксировал ее запястья ремнями и вводил ей препарат, навсегда приковавший ее к инвалидному креслу - правда была в том, что он знал, какой эффект это даст.
Знал, и все равно ввел.
Желая оставить ее у себя - полностью зависимой, любящей, послушной. Во всем мире не было больше никого, кто любил бы его так сильно, как она, и Симон просто не мог допустить, чтобы она ушла.
И она осталась - со своим разумом изумленного ребенка, со своими распахнутыми, доверчивыми глазами. Его вечная маленькая сестра...

Сейчас она глядела точно так же, как тогда. И сейчас она снова готова была отделиться - уйти, сбежать, исчезнуть. Что же тогда останется ему?
Серая радужка ее глаз стала желтой, испуганной, когда Симон положил руку ей на голову. Она что-то лепетала, улыбаясь, но виверн не слушал ее, и она, должно быть, чувствовала, понимала: что-то не так. Вместо любимого брата к ней вернулся Змей - голос, который она слышала в своей голове, страх, который будил ее по ночам. Воплощенный Змей, самая дикая и чудовищная часть ее природы. Их общей природы.
- Конечно... Лала, - прошептал Симон, погладив ее по щеке. Длинные пальцы виверна переползли на ее шею, коснулись тревожно пульсирующей ямки между ключиц. - Конечно. Спой мне ее...
Он почувствовал, как дрогнуло тонкое белое горло, когда в нем зародился звук - и сжал пальцы.
По ее телу прошла дрожь, ногти впились в запястья Симона, губы судорожно открылись, напрасно хватая воздух. Она извивалась и царапала его, инстинктивно, яростно, как животное, борясь за жизнь. Он все сильнее стискивал ее горло, вдавливая большие пальцы в мягкую выемку между хрупких косточек, он зарычал от напряжения, когда, судорожно дернувшись, она едва не упала с кровати.
Мягкая, длинная трава на тропе... И песня, звучащая над ней.
Под его руками больше не билось и не трепетало.
Виверн разжал пальцы и склонился ниже, пытаясь уловить дыхание, но его не было. Серые, распахнутые глаза утрачивали желтизну, бессмысленно уставившись в потрескавшийся потолок. Полураскрытые губы застыли, и он провел по ним указательным пальцем - но не ощутил ни вдоха, ни выдоха.
Лала все же отправилась туда - на Дорогу! - без него...
Нет, она все еще была здесь, под его руками. Все еще часть его Существа. Ну или готовая стать частью его Существа.
Змей завершил перерождение и чувствовал голод. Это было правильно. Так было нужно. Ее кровь все еще была теплой, сладкой, несущей жизнь...
Он встал, без усилий поднял Лалу на руки - ее свесившаяся ладонь сбила на пол подушку, когда он повернулся, - и понес ее в ванную комнату.
Голод должен быть утолен.
И тогда...
[status]Dragonborn[/status][icon]http://s7.uploads.ru/Pk967.png[/icon]

Отредактировано Симон Креван (25-08-2018 12:10:12)

+4


Вы здесь » Practical Demonkeeping » История » [04.03.2017] Проклятые и проклинаемые


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC