« Он хочет узнать, как... так вышло, что такая взрослая скотина уже не способна сдерживать свою сущность? Он мог это уже в свои четыре! »

"Ночной разговор"

Разыскиваем!



Рейтинг: 18+
Жанр: городское фэнтези, мистика

Место: Ирландия, г. Дублин
Время: осень-зима 2016 г.

Practical Demonkeeping

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Practical Demonkeeping » История » [13.10.2013] Побег из лисьей норы


[13.10.2013] Побег из лисьей норы

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

http://s8.uploads.ru/SBDIp.jpg

Участники:
Рейнард Рейнер, Симон Креван

Время и место:
Дождливая ночь 13 октября, Дублин, Alchemilla Hospital

Предупреждения:
Двое Существ с темными тайнами и нестабильной психикой

[nick]Симон Креван[/nick][status]Познать непознанное[/status][icon]http://sg.uploads.ru/21FMV.jpg[/icon][info]Потомок, 31 год, виверн[/info]
*Имя Креван - с ирландского "Лис"
Имя Рейнард - с французского "Лис"

Отредактировано Ирис МакКензи (09-08-2017 10:34:41)

+3

2

Лил дождь.
Если он поднимал голову, то мог поймать языком холодные тяжелые капли. Если опускал — они лились за шиворот, склеивали отросшие волосы на затылке, смывали его следы на раскисшей, превратившейся в грязь земле.
Дождь — это хорошо. Может, в дождь его так легко не найдут...
Впереди гудело. Он сощурился сквозь пелену ливня, устало протер глаза. Что-то было с его глазами. Они что-то с ними сделали. Он почти ничего не видел на свету, но сейчас уже смеркалось. Еще немного — и он прозреет.
Он сделал несколько нетвердых шагов. Земля под ногами чавкнула, разъехалась, и он едва не покатился вниз по склону. Уцепился — рефлекторно, на автомате — за мокрую грязь, за пожухлую осеннюю траву, пытаясь удержаться. Не упал — благодаря тому, что вовремя вспомнил вонзить в землю когти, длинные, изогнутые, словно у медведя. Он не помнил, откуда они у него. Он...
А что вообще он помнил?
Он застыл, вцепившись в ограждение автострады, как больное животное, отчаянно потряс головой. Имя?.. Нет, имени нет. И дела нет. Есть только страх, и желание бежать как можно дальше — странное, почти детское желание. Да, в детстве он поступал так же: выключал свет и старался как можно быстрее добежать до кровати, пока они не настигли из шкафа, отдернуть ногу, пока не схватили из-под кровати...
Наверное, и сейчас они были где-то за спиной.
Темнело, и парадоксальным образом перед глазами все больше плыло. Конечности не слушались.
Если он добежит до кровати, его не схватят...
Темнота впереди пошла яркими пятнами. Автомобили. Это автомобили. Едут под дождем, и свет фар отражается в мокром асфальте...
Автомобили не видят их. Не знают о них.
Во рту стоял вкус земли.
У него еще хватило сил перевалиться через ограждение и рухнуть на обочине дороги, где его и нашли.

***
Записей о нем в журнале приема Alchemilla Hospital почти не было: когда его нашли, при нем не обнаружили ни вещей, ни документов, да и внешность ни о чем конкретном не говорила. Молодой человек, предположительно двадцати с небольшим лет, среднего роста, светловолосый, босой, но одетый в простые синие джинсы и светлую футболку, всю перемазанную в грязи, на руках — следы частых инъекций и синяки, организм сильно истощен.
Он ничем не отличался бы от сотен других пациентов, кроме нескольких небольших, но очень весомых деталей — длинных острых когтей на руках и широкого костяного гребня, начинавшегося под затылком на шее и заканчивавшегося в районе поясницы. Когда его раздели, обнаружилась чешуя, покрывавшая живот, грудь и спину.
Найденыш не был человеком.
Его обнаружили на обочине пригородной автострады. Молодая женщина, нашедшая его, была в глубоком шоке — мало того, что ее машину едва не занесло на скользкой дороге, когда в свете фар мелькнуло человеческое тело, так еще и предположительно бомж оказался когтистым и чешуйчатым.
Полиция, скорая, оперативная коррекция памяти. Люди не должны были видеть его. Он не должен был показываться в таком состоянии. Он вообще много чего не должен был, но допросить безымянного Потомка не представлялось возможным — нашли его уже без сознания, а к моменту госпитализации он погрузился в кому. Не то сыграло роль переохлаждение, не то другие факторы, установить которые пока не довелось.
Примерно это и передали Рейнарду Рейнеру в первый же вечер, как найденыша доставили в клинику.
- Пока никакой другой информации, - глава отделения реанимации нервно переступила с ноги на ногу, чувствуя себя неуютно под пристальным взглядом зеленых глаз демонического начальства. - Отправить запрос в Дом? И что делать, если кто-то о нем спросит?
[nick]Симон Креван[/nick][status]Познать непознанное[/status][icon]http://sg.uploads.ru/21FMV.jpg[/icon][info]Потомок, 31 год, виверн[/info]

Отредактировано Ирис МакКензи (08-08-2017 15:40:48)

+4

3

- Нет, Дом пока не стоит посвящать в курс дел. При необходимости я улажу все сам.
Рейнард повременил распространяться о своих намерениях, придерживаясь той линии в отношениях с Кэтрин и Аланом, что позволяла ему пользоваться некоторыми привилегиями за оказание помощи, не являющейся его прямой обязанностью. Что-то рассказать, что-то утаить, а то и вовсе спутать карты - чем не развлечение для скучающего в чужих краях демона?
Новый пациент еще не предстал доктору во всей красе, как не на шутку заинтересовал загадочной персоной, не подлежащей скорой идентификации в базе данных существ Дублина. Иметь дело с потомками приходилось все реже и по странному стечению обстоятельств, каждый такой эпизод характеризовался тяжелым состоянием больного.
Закралась мысль, что все походит на методичное истребление или явное вырождение вида, не способного противостоять вызовам изменившейся среды обитания. Но куда более неприятные аналогии и воспоминания былых дней указывали на менее очевидную и потому беспокоящую Рейнера взаимосвязь.
Доктор направился в палату, изучая скудные записи в медицинской карте. Что-то заставило его остановиться, пристально вглядываясь в полумрак пересечения коридора. Звериное чутье никогда не подводило демона и без сомнений впереди крадучись проскользнуло что-то темное. Он хищно повел носом, пытаясь уловить знакомый парфюм, или терпкий запах пота, но лишь легкая травянистая отдушка была едва ощутима в стойком амбре медикаментов и обеззараживающих средств.
Рейн не любил чужаков и был скор на расправу во всех случаях без исключений, игра в кошки-мышки будила в нем нездоровые хищнические инстинкты. Если бы не усталость, на которую можно списать видение, то на преследование он нашел время.
Даже приведя встревоженному уму рациональные доводы, демон по наитию ускорил шаг, ожидая не застать Потомка, пригвожденного комой к постели.
Но тот был на месте, подключенный к датчикам и скрытый от любопытных глаз за матовой ширмой.
Юноша выглядел изможденным: под воспаленными веками залегли лиловые круги, бледные губы покрылись шелушащейся коростой. Потомок заметно исхудал и страдал от авитаминоза. В глаза бросились многочисленные проколы у сгиба локтя, не отличающиеся аккуратным введением иглы. Некоторые синяки уже сходили, какие-то были совсем свежими, и часть совершенно точно была от крепко сжимающих руку пальцев. Картина вырисовывалась нелицеприятная.
Рейнер закрепил планшет с картой на изножье больничной койки и, проведя пальцами по жилистой шее незнакомца, обнажил острые зубы. Попробовав кровь на вкус, он мог бы понять, что пришлось вынести измученному существу. Практиковать подобное не с целью насыщения жизненными силами всегда считалось увлечением опасным и непредсказуемым. Каждое погружение в суть другого существа сулило потерей рассудка, ведь в чужой душе находят пристанище порой немыслимые чудовища.
Стоило ли так рисковать ради какого-то мальчишки, с немалой вероятностью сбежавшего всего лишь из местного  притона и в наркотическом бреду, переставшего контролировать способности к перевоплощению?
Интуиция отвечала утвердительно.
Звонить сварливому МакКензи обходилось себе дороже, ведь для того существовал только бизнес, ничего личного. Любые дела велись с ним исключительно на условиях предоставления превосходящей в его сторону личной выгоды.
И ведь даже не цепкая хватка бизнесмена останавливала Рейна, а фанатичное увлечение Джона идеей поиска бессмертия, коим  доктор обладал.

+4

4

Сегодняшняя ночь была одной из тех ночей. Симон чувствовал приближение Зова с самого утра - как постоянную жажду и сухость во рту, как напряжение в скованных мышцах, как туман, обволакивающий обычно ясный и твердый разум.
Как же не вовремя!
Сегодня он не мог позволить себе потерять контроль. Только не сейчас. Он нервно барабанил пальцами по блистеру с таблетками, но медлил. Еще не время. Еще рано. Пока что он вполне мог справляться сам.
Он вошел в холл госпиталя, неловко улыбнулся девушке за стойкой - слегка застенчивый, встревоженный, усталый молодой человек в потрепанной куртке и джинсах - тщательно вытер мокрые от дождя ботинки у входа.
- Извините... - Симон наклонился над стойкой, нервно облизнул губы. - Сюда доставили моего брата... Мне нужно к нему.
- Брата? - она подняла голову, и Симон почувствовал нечто светлое, легкое, звенящее от внутренней силы. Ангел. Этингер говорил, что этот госпиталь не так прост... Ну правильно, лучше всего с нервными посетителями справится именно ангел. - Пожалуйста, скажите фамилию.
- При нем не было документов, - Симон в отчаянии стиснул руки. - Его зовут Стивен О'Мейнерли, он... слегка не в себе. Он проходит курс лечения от психических расстройств и часто сбегает из дома. Он светловолосый, высокий... его должны были доставить к вам.
- Ах, вот что... - протянула девушка, посерьезнев, и опустила взгляд на экран, быстро пробегая глазами по строчкам. Симон почувствовал, как внутри него вновь толкнулось жадное нетерпение. Он мог бы... мог...
Не сейчас. Нельзя. Он должен вести себя осторожно.
Пальцы стиснули упаковку таблеток в кармане.
- Да, при нем действительно не было никаких документов, - ангелочек снова внимательно посмотрела на посетителя. - Так вы его брат?
- Да. Где он?
- Пожалуйста, успокойтесь. К нему сейчас не пускают пока что, нужно получить разрешение...
- Где он? - Симон смотрел прямо ей в глаза. Пристально, не отрываясь, позволив себе ослабить внутренний контроль. Совсем немного, чтобы воздействовать на девчонку усиленной энергией Третьей дороги, что питала его и сводила его с ума. Чтобы ненадолго, хотя бы на пару минут, подчинить ее собственной воле. Бог свидетель, он не стал бы к этому прибегать, если бы не...
Хорошо, что ангелы не умеют распознавать Потомков.
Она сдалась быстро - глаза на миг потеряли фокус, словно девчонку ударили по затылку, губы расслабились.
- Отделение реанимации, палата номер триста восемь.
- Спасибо, - он вновь улыбнулся. Стирать ей это воспоминание не было необходимости, скорее всего, его все равно зафиксировали камеры. Но они увидят просто вежливого молодого человека, поговорившего с администратором и спокойно поднимающегося на лифте. Ничего больше - ни угроз, ни применения силы. Все по плану.
По плану он поднялся на нужный этаж. По плану быстро скользнул в сестринскую, стягивая с крючка ближайший белый халат, вытащил из кармана куртки небольшой планшет с прикрепленными к нему листами бумаги. Он хорошо знал, как устроены больницы, и ему не нужно было объяснять, что человека в белом халате, напряженно изучавшего какие-то записи, в 90% случаев не остановят. Практикант, новичок, да мало ли кто. Все по плану.
Не по плану был только демон, с которым Симон едва не столкнулся в коридоре. Быстро отступил в тень, затаился. Демон. Ощущение темной ауры было настолько мощным, что пришлось вновь стиснуть упаковку лекарства, как спасательный круг. Это плохо. Это очень плохо. Это не по плану.
Демон был силен. Очень силен. Если бы Симон не жил столько времени возле Третьей дороги, он наверняка не распознал бы некоторую странность в этой силе - так гурман безошибочно определяет новый вкус в знакомом, казалось бы, блюде. Кто он? В голове вспыхнуло, перед глазами заволокло туманом, Симон чувствовал, как напряжены его готовые к перевоплощению мышцы. Этот демон был слишком опасен. Если он заметит его сейчас, возможно придется...
...потерять контроль.
Демон несколько мгновений постоял возле поворота, напряженно вглядываясь в темноту, и Креван затих, слился с тенями, успокоил дыхание. Пройдет мимо? Или двинется вперед?
Прошел.
Вдоль по коридору. К палате номер триста восемь.
Черт!
Бесшумно шагнув из темноты, Симон медленно двинулся за ним, выдерживая дистанцию. Туман в голове рассеивался, он вновь владел собой, и теперь, кажется, вспоминал - мельком оброненную МакКензи фразу о демоне, который заведует этим местом. Рейнере? Рейнарде Рейнере? Скороговорка.
Рейнард Рейнер был в палате - прямо у кровати сбежавшего Стивена, и Симон закусил губу. Стивен был без сознания, датчики показывали ровный коматозный пульс - и это было хорошо. Плохо - что Рейнер рядом. Он не должен узнать. Что он собирается делать?
Сердце вновь ускорило пульс, и Симон, отступив назад, трясущимися пальцами вытащил из кармана блистер, с третьей попытки выдавил несколько таблеток, поспешно проглотил. Ему нужна была холодная голова. Силой - не справиться. Да и нужно ли?
Несколько мгновений - и дыхание выровнялось, расширенные зрачки сузились. Проведя языком по зубам, Симон убедился, что они вполне человеческие.
Рейнер все еще был там - склонился над мальчишкой - и нужно было действовать. Симон глубоко вздохнул, вновь становясь нерешительным, дружелюбным молодым человеком, и постучал.
- Простите, мистер... это мой брат!
[nick]Симон Креван[/nick][status]Познать непознанное[/status][icon]http://sg.uploads.ru/21FMV.jpg[/icon][info]Потомок, 31 год, виверн[/info]

Отредактировано Ирис МакКензи (16-09-2017 09:47:14)

+4

5

Рейн перевел взгляд на незнакомца, прищурившись и внимательно его изучая. Словно приготовившийся к прыжку зверь, он был весь напряжен. Лицо молодого мужчины, потревожившего его, казалось смутно знакомым, но он не был сотрудником госпиталя. Доктор лично проверял резюме, зная поименно всех, кто работал в «возведенных им» стенах. Жизнь приучила его очень тщательно выбирать входящих в свое окружение.
Серые пронзительные глаза и острые черты наверняка бы ему запомнились, ведь шпионская сноровка не утратилась с годами. Молодой человек выглядел обманчиво открытым и доброжелательным, старательно удерживая баланс меж взволнованностью и учтивостью. Если бы не лисья ухмылка и ряд мелочей выдающих его, то возможно демон и поверил в разыгрываемый спектакль.
Почему он не решил, что пред ним обеспокоенный родственник? Все было предельно просто, никто не мог попасть в помещение без сопровождения персонала – раз, ему бы непременно доложили о желании кого-либо встретиться с тяжелым пациентом - два. В-третьих, на «брате» повис халат с алым кантом на рукавах и воротнике, что было совершенно недопустимо – ведь он являлся одним из видов внутренней униформы, не предназначенной для посетителей.
Стоило сию же минуту вызвать охрану, проглядевшую постороннего и уединиться для выяснения обстоятельств, но тем занимательнее предстояла игра с загадочным визитером.
Он выяснил, где находится потомок, получил доступ к палате и к тому же имел смелость, нагло врать тому, кто может буквально порвать глотку.
Удивительная дерзость.
Выпрямившись и выдержав тревожную паузу, Рейнард с присущей ему холодной надменностью в речах, нехотя отозвался на режущее слух «мистер».
- Доктор. Доктор Рейнер.
Поправил демон, сделав шаг навстречу и почувствовав нечто, завораживающее. Знакомый, но не родственный хаос, силу, бурлящую тьму и гнев. Он едва не потерял контроль над ситуацией, увлекшись смакованием чужой энергетики. Подумать только, судьба расщедрилась на подарки. По одну сторону от него находился измученный потомок, лишь фактом существования которого можно было бы не плохо манипулировать, держа в напряжении соседние Дома и умело играя на без того обострившейся паранойе среди власть имеющих существ.
По другую - его выдержку испытывал самозванец, чей потенциал едва уступал его, оттого распаленный интерес требовал вцепиться скорее в свою добычу. Но раз уж обе мушки оказались в его паутине, то спешить было не к чему.
В интересах пациента я должен спросить, располагаете ли вы информацией о случившемся?
Лениво, как бы между делом, Рейн потянулся к телефону, дав время объяснить и представиться. В этот момент он набрал короткий код, предупреждающий отдел безопасности о том, чтобы территория была оцеплена и выход заблокирован.

+2

6

Симон кинул быстрый взгляд на бессознательное тело Стивена. Аппарат выдавал равномерную пульсацию, дыхание было мерным и неглубоким. Рейнер, что бы он ни хотел там сделать, не успел добраться до него. Хорошо.
Он перевел взгляд на лицо самого демона и прищурился: под маской хладнокровного удивления тот казался напряженным, как готовая к броску змея, и очень опасным. Слишком пристальные глаза. Чуть более, чем нужно, сжатые губы. Он уже что-то заподозрил, а Симон и понятия не имел, где прокололся.
Впрочем, придя сюда, он имел лишь очень смутный план. Зов, бушевавший в его голове, бурлящий в его крови, толкал на импровизацию, на безрассудные, необдуманные поступки, обычно не свойственные спокойному Кревану. Рейнер считает, что раскусил его? Хорошо. Пусть так. И что же он будет с этим делать?
- Доктор Рейнер, - поправился Симон, чуть улыбнувшись, но дружелюбная обеспокоенность исчезла из глаз. Демон уже мог вызвать сюда охрану или попытаться выгнать его, но он этого не делал. Заподозрил в нем Существо? Но опять же, без доказательств. - Я не меньше вашего заинтересован в выздоровлении этого пациента, он действительно очень дорог мне. И да, я знаю его истинную сущность, его имя и обстоятельства, при которых он попал в вашу больницу. Вы понимаете, все это, особенно знание его природы — информация, которой обычно не делятся с посторонними, и именно поэтому я решил не беспокоить ваших сотрудников своим появлением. Я просто хотел убедиться, что с ним все в порядке.
Симон спокойно, даже расслабленно, прошел на два шага вперед, опустился на край стула для посетителей и персонала по другую сторону от койки Стивена. Теперь их с Рейнером разделял только измученный, еле дышащий Потомок на грани жизни и смерти, и оба они сидели по разные стороны от него, словно высшие силы, решающие судьбу человека и шепчущие из-за его плеча.
Какая забавная аллегория...
- Его зовут Стивен О'Мейнерли, - Симон с состраданием вгляделся в лицо молодого Существа. Он и правда не хотел причинять ему мучения, но то, что сделано, было необходимо. Меньшее зло. Как и то, что он должен был сделать. - А меня - Симон. Я действительно хорошо знаю его, просто в больнице родственнику проще получить информацию о близком ему человеке. Вы сами знаете, бюрократия... Он мой близкий друг, и он психически нездоров. Почти безумен.
О безумии Симон мог бы рассказать многое. Не понаслышке.
- В последнее время я жил с ним бок о бок, пытаясь уберечь его, - в голосе Кревана звучала неподдельная печаль. Это и в самом деле уберегло бы Стивена, уберегло бы очень и очень многих, и не его, Симона, вина, что не удалось. - Раз в несколько месяцев он становится сам не свой: кричит о бессмертии и о дьяволах, пожирающих его душу, порывается сбегать из дома, отправиться сам не знает куда. Я удерживал его, даже колол ему успокоительное по рецепту врача... Это моя вина, что он сбежал несколько дней назад, - Симон покачал головой и поднял взгляд на холодного, внимательного, настороженного демона, прямо в зеленые, неестественно блестящие глаза. - Он бы не пострадал, если бы я следил за ним чуть лучше.
[nick]Симон Креван[/nick][status]Познать непознанное[/status][icon]http://sg.uploads.ru/21FMV.jpg[/icon][info]Потомок, 31 год, виверн[/info]

Отредактировано Ирис МакКензи (30-09-2017 15:59:13)

+2

7

А «лис» был хорош, так увлекательно и естественно повествовал о моральной тяжбе, что не заметишь, как забудется его ложь о тесных родственных связях, выкраденный халат, да предельная скрытность.
Молодой мужчина, человеком его назвать – язык не поворачивался, мог похвастаться впечатляющей педантичностью, но никак не осмотрительностью. Действовал он хаотично, импульсивно, словно за данность, принимая некоторую восприимчивость простых смертных к его речам. Опрятный вид, ухоженные руки, бледная кожа…типичный клерк или коллега – медик?
- Бессмертие, нечисть пожирающая душу. Даже так…
Задумчиво произнес демон со странным акцентом, ни классическим британским, ни немецким. Тонкие длинные пальцы ловко прошлись по складкам покрывала, готовые вот-вот впиться в «добычу» и покусившегося на нее другого стервятника. Но доктор выпрямился, неспешно направился к кулеру и наполнил стакан воды для своего визитера. Банальная вежливость и внимание еще никому не делали хуже. К тому же стоило несколько сгладить ситуацию, поскольку день и без того выдался тяжелым для обоих.
Рейнард оставил на время горе-родственника, шагая по кабинету и погрузившись в собственные размышления – отстраненный, никаких эмоций и интереса к окружающему миру. Любому стало бы не по себе в такой компании, но парень догадался похрустеть почти пустым стаканчиком, привлекая внимание. Демон легко кивнул головой, продолжая ухаживать, чем, кажется, смутил.
- О'Мейнерли. Позвольте уточнить, вы как истинно заботливый друг и родственная душа не стали предавать огласке его странные галлюцинации? Обратись вы к Дому, несчастного изолировали бы от общества, дабы он не навредил им и себе.
Особой сноровки в построении столь дерзкой гипотезы не требовалось, все читалось у Симона на лице. В мгновение его взгляд похолодел, дав понять, что Рейнер сейчас идет по очень тонкому льду.
- Вы смелый и самоотверженный, я бы на вашем месте поступил в точности так же.
Любезничал доктор, ведя себя теперь непринужденно, словно соскучился по общению с кем-то за пределами больничных стен. Он даже изобразил легкий намек на доброжелательную улыбку, стараясь разрядить обстановку.
- Смею вас уверить, что мы руководствовались исключительно здравым смыслом, когда обратились в полицию. Следы насильственного ограничения воли и медицинского вмешательства дали нам серьезный повод для беспокойства. Посему нам следует уладить некоторые дела, ведь собранный под ногтями ДНК-материал может вести к вам… Следы борьбы, истощение, стресс – все это выглядит отнюдь непрезентабельно, особенно учитывая тяжелое состояние пациента. Некстати будут записи с камер видеонаблюдения, вы же понимаете? Не будь в первую очередь знатоком душ, я бы, грешным делом подумал, что вы пришли выкрасть беднягу или вовсе избавиться от него.
Повисла неловкая пауза. Теперь стал понятен столь галантный жест добропорядочного эскулапа. Слюна, оставшаяся на крае стаканчика, отпечатки пальцев…да даже частички кожи на халате или волосок, при желании  все можно будет подбить под уголовное дело, затрагиваемое не только Гарда.
Рейн заметил как будто вспыхнула энергия в существе напротив, обжигая его лицо и руки, но тот не выдавал себя, держался как прежде.
Сам же Рейнер уже не стесняясь обнажил острые зубы в довольном, хищном оскале…

Отредактировано Рейнард Рейнер (08-10-2017 05:16:25)

+1

8

Рейнер манерничал: в интонациях его низкого голоса, в движениях длинных белых пальцев, в повороте головы было что-то нарочито театральное и вместе с тем - изящное. Привычка, хорошо знакомая Симону - он подмечал ее за очень старыми Существами, такими, как Этингер и МакКензи, для которых в таком поведении, играх с собеседником и попытках запутать его было нечто естественное, само собой разумеющееся. Возможно, глава госпиталя старше, чем кажется. Возможно - даже очень сильно старше. Сколько лет ему может быть на самом деле?
Впрочем, сейчас это было не так уж важно. Он подозревал Симона, нет, он был уверен в том, что здесь что-то нечисто, и виверн уже даже не раздумывал, в чем прокололся. Ему нужно было сделать то, зачем он пришел. Усыпить подозрения Рейнера не удастся. А справиться силой...
Симон оценивающе оглядел худощавую фигуру Рейнера, склонившегося над кулером. Такие старые демоны не бывают слабыми. Да, ночь Зова многократно увеличивала его собственные силы, и все же пока что виверн держал себя в руках. Нельзя срываться. Ситуация не в его пользу. Дышать. Вдох-выдох.
Не то демон принял его побледневшее лицо за волнение, не то за что-то иное, но протянул стаканчик посетителю.
- Благодарю, - Симон кивнул, но, стоило Рейнарду отвернуться, тщательно исследовал стаканчик, принюхался. Он был уверен, что распознает яд, если демон как-то ухитрился его подсыпать, но ни обостренное обоняние, ни собственный опыт в токсикологии ничего подобного не подсказали.
Он осушил стакан несколькими длинными глотками. Искоса глянул на доктора. И задержал руку у рта чуть дольше, чем требовалось.
Всего лишь на несколько секунд, сомкнув и разомкнув губы - и тут же быстро опустил руку на колено.
Теперь под языком ощущалось жжение, знакомый полынно-лакричный привкус. На несколько мгновений это отрезвило его, заставило внимательнее прислушаться к тому, о чем говорил демон.
В его словах крылось нечто большее, чем просто светски-показное дружелюбие: он не скрывал того, что пытался шантажировать. Шантажировать его!
Хищник внутри, в сознании Симона вновь беспокойно заворочался, поднял голову: к привкусу горечи во рту добавилось ощущение заостренных клыков, плечи болезненно заныли в преддверии превращения. Напасть и разорвать! Избавиться от потенциальной угрозы, которую представлял собой Рейнард Рейнар и которую нес в себе бессознательный Стивен! В этом - его природа, его суть, диктуемая сладостным Зовом...
Симон поморщился, встретился взглядом с Рейнардом. Чуть приподнял уголки губ - в ответ на его демоническую ухмылку. Сжал предательский стаканчик в руках. Да, Рейнер думает, что поймал его, посадил на крючок и может в любой момент подсечь, угрожая обращением в Дом и в Гарду.
Но в Доме нет информации о Симоне Креване, и никогда не было. Это имя не числится в документах, по которым он поступал в медицинский колледж, такого гражданина никогда не проживало в Дублине. Он живет далеко под землей, в соседстве с Существами, в которых люди никогда не поверили и никогда не поверят, в месте, о котором не знает никто из внешнего мира. У Рейнарда Рейнера ничего на него нет.
Но сам он неподдельно опасен.
- Вы правы. Очень многое из того, что обнаружила - или обнаружит? - Гарда можно истолковать двояко. Когда вы видите, как мужчина тащит за руку упирающуюся маленькую девочку на улице, вы можете подумать, что он ведет домой капризничающего ребенка. Или, что он - педофил, похитивший ее. Оба варианта в равной степени могут быть правдой. Повторяю: я не желал Стивену зла. Более того...
Симон подался вперед, чувствуя, как царапают внутреннюю поверхность губ заострившиеся клыки, как мучительно напряжены мышцы, готовые к внезапной схватке. Горечь во рту обжигала язык.
- ...более того, все, абсолютно все из того, что я когда-либо делал или делаю, направлено исключительно во благо Существ. Всех Существ. Вы понимаете меня?
Стаканчик с противным хрустом смялся в длинных пальцах.
- Что за дела вы хотите уладить, доктор Рейнер?
[nick]Симон Креван[/nick][status]Познать непознанное[/status][icon]http://sg.uploads.ru/21FMV.jpg[/icon][info]Потомок, 31 год, виверн[/info]

Отредактировано Ирис МакКензи (30-09-2017 17:35:00)

+2

9

- Всех Существ… Хм, а возможно у нас больше общего, чем показалось сперва.
Мне тоже несколько опостыла необходимость подстраиваться под общество тех, кто менее совершен и искушен в вопросах морального выбора, ответственности и выживания.
Жаль, что Дом придерживается конспиративной политики, игнорируя разрушительное влияние простых смертных на мир который должен принадлежать - нам.
Выживает сильнейший, не так ли?
Но вот источник нашей силы непостоянен.
Рейн заметил, что нащупал очень личную тему для разговора, судя по вспыхнувшему огоньку в глазах оппонента.
Их – заинтересованных в «общем» благе становилось все больше. В лучшем случае за пространной формулировкой крылось желание создать выгодные условия для своего вида, но чаще речь шла лишь о небольшой группе лиц, порой, сокращенной до одного.
На взгляд Рейнера – Симон был молод и еще не искушен властью, возможностью влиять на жизнь вне зеленого острова. Такие искренне верили в свою правоту и были почти лишены страха, бросаясь на амбразуру, защищая романтические идеалы.
При удачном стечении обстоятельств он стал бы незаменимым инструментом пропаганды, находя отклик у тех, кто не доверял богатеньким «англикашкам». Не исключено, что на юное дарование уже имели схожие планы, тот же МакКензи с его прихвостнем Этингером.
Картина начинала складываться, не хватало лишь пары дерзких штрихов.
- Мои дела не нуждаются в отладке, в данной ситуации я ищу возможности.
Многозначительно сказал доктор, лицо его стало вновь невыразительным, будто он потерял интерес, осознав поражение еще до того, как оно стало очевидным.
- У меня были весьма тривиальные планы, не затрагивающие столь тонкие материи как спасение страждущих и наставление их на путь истинный.
Игра словами шла деликатно и с каждой минутой все сложнее поддавалась контролю, поскольку напряжение между двумя мужчинами становилось почти осязаемым – как покалывающий кожу ток в искрящемся воздухе.
- Можно сказать, научный интерес. Но вы настроены серьезно и вряд ли уступите Стивена для заведомо негуманных…экспериментов.
Симон нервно изогнул губу, показав клыки похожи на те, что стали проклятием и оружием Рейнера. Удивление на мгновение ввело доктора в оцепенение и когда вероятный Потомок чуть шевельнулся, тело среагировало быстрее разума.
Паучьи пальцы впились в руку. Последнее, что запомнилось до скорого пробуждения, это расширенные от ужаса зрачки серых глаз, сиплый глубокий вздох и переходящий в агрессивное шипение.
С каждым годом силы Рейна росли, был ли причастен к тому артефакт или его происхождение - оставалось загадкой. Он мог проникать в сознание, но всегда рисковал стать заложником обитающих там чудовищ.
Вереница событий, пестрота красок и гул звуков – более тридцати лет проносятся в сознании: небольшое поселение, синеющее пятно леса неподалеку и мерцающие огни зажженных факелов, огонь в пламени которого видны силуэты людей, крики и расплывающееся пятно густой крови, девушка с такими же серыми глазами и ее худые цепкие пальцы. Лала? Она сопротивляется, зовет его по имени, но ее уводят. Во рту привкус тошнотворной горечи…
- Лала!
На выдохе произносит демон и встречается взглядом с Симоном, скривившимся от злости. В его голову будто проникли невидимой рукой и бесцеремонно потревожили устроенный порядок, хаотично исследуя потаенное. Но теперь нет и малейшего сомнения – кто пред ним, зачем он вторгся в палату и при каких обстоятельствах О'Мейнерли бежал.
Рейнарда лихорадит от той силы, что он вкусил и та-инородная, но невероятно мощная блуждает по его телу причиняя боль, норовя разорвать изнутри.

Отредактировано Рейнард Рейнер (08-10-2017 10:45:55)

+3

10

Он заметил резкое, внезапное движение Рейнера слишком поздно, обманутый текучей, неторопливой речью демона, борющийся с рвущейся на волю собственной сущностью, хищной, требующей немедленного действия.
Пока он сдерживал себя, выстраивая в голове сложную цепочку ответов, просчитывая варианты разговора, чтобы усыпить бдительность доктора, демон атаковал первым.
Симон резко вздохнул, когда на его запястьях сомкнулись холодные пальцы — а в следующее мгновение голову наполнила боль.
И память.
Что... что он сделал..? Что он делает?!
Мысль мелькала где-то на краю сознания, слишком далеко, чтобы виверн мог за нее ухватиться. А прямо перед собой, отражением в потемневших зеленых глазах, Симон видел собственное прошлое.
Лала. Ее крепко сжатые губы, ее слабая улыбка, ее доверчивый взгляд — ровно перед тем, как он ввел ей препарат. Ее звенящий смех во время ритуала — смех, переходящий в отчаянный, пронзительный крик.
Это он сделал с ней. Это из-за него она...

Перед лицом вновь мелькнули зеленые глаза Рейнарда Рейнера, и Симон зарычал, силой вырывая себя из воспоминаний. Дракон внутри яростно хлестал хвостом, бил крыльями, скалил острые, ядовитые зубы, и Креван больше не видел смысла сдерживать его.
Как он посмел! Как посмел этот сукин сын коснуться того, что не предназначалось для его глаз и ушей?!
Он поплатится. Поплатится...

Рейнард Рейнер был слишком близко — все еще цеплялся за запястья Симона, но виверн уже скинул оцепененение. Теперь им полностью владела безграничная ярость, свободная дикая сила Третьей Дороги, и никакие таблетки и препараты, никакая воля не могли бы ее сдержать. Да и не хотел он сдерживаться.
Губы Симона разошлись в широкой — нечеловечески широкой — ухмылке, демонстрирующей острые клыки. Он рванулся вперед, не отталкивая от себя демона, а напротив, подтягивая к себе, вскинул руку, выдергивая ее из цепкой хватки Рейнера, схватил доктора за затылок.
И впился ему в горло.
К горечи яда добавился острый солоноватый вкус крови, заполнившей рот. Симона затрясло, но он лишь крепче стиснул зубы. Убить. Убить демона. Погасить распахнутые в предсмертной агонии зеленые глаза. Остановить биение сердца. Стереть с его лица эту самодовольную ухмылку. Устранить опасность — для себя и для всего Кроухолта.
Он выпустил демона лишь тогда, когда тот перестал дергаться, вырываться и хрипеть — тело тяжело рухнуло ему под ноги, кровь из разорванной шеи заливала пол и белый халат Рейнера. Симон, словно пьяный, отшатнулся назад, помутневшими глазами глядя на тело, машинально вытер окровавленный рот тыльной стороной ладони. От привкуса крови и яда тошнило, сбивалось дыхание.
- Не нужно было тебе, демон...
Виверн качнулся к раковине в углу палаты, оперся о нее, оставляя кровавые следы ладоней, пустил сильную струю воды, поспешно споласкивая рот, стирая чужую кровь с губ и подбородка. Он делал так — несколько раз во время ритуалов. Но ни разу еще потеря контроля над собой не была столь сильной и внезапной.
Потом. Все потом. Когда он закончит здесь...
Симон жадно напился — прямо из-под крана. Несколько раз глубоко вздохнул. Методично вытер кровь с раковины, бумажным полотенцем протер сам кран. Вытер руки и, скомкав салфетку, положил в карман. После чего обернулся.
Тело Рейнера все еще неподвижно лежало на полу, кровавая лужа под ним становилась все шире, рот исказился, веки были сомкнуты. Симон знал, что он мертв. Если не рана, так его собственный яд, усиленный капсулой, которую он раскусил в тот момент, когда демон отвернулся, доделали дело.
Что ж, так даже лучше. Все к лучшему.
- Мне почти жаль, что так вышло, - сообщил Симон мертвецу, присев на корточки около трупа. - Но ты сам напросился. Моя память — только моя. Теперь ты мне не помеха, а Стивен...
Он поднялся, разворачиваясь к Потомку, все еще находящемуся в коме. Быстро, но аккуратно отсоединил работающие приборы и датчики. Снял кислородную маску с лица. Вытянул из-под головы Стивена подушку и плотно прижал к его лицу, надавил.
Ждать пришлось недолго. Тело Стивена несколько раз конвульсивно дернулось, но в сознание Потомок так и не пришел. Хорошо. Это быстрая смерть, легкая. Если бы он очнулся, ему пришлось бы гораздо хуже. Теперь он ничего не расскажет. И Рейнер ничего не расскажет. Свидетелей нет, пора уходить, пока кто-нибудь не нагрянул.
Симон вернул подушку обратно под голову сбежавшего Потомка, еще раз наклонился, прислушиваясь к дыханию.
Но вместо этого услышал другой звук. Звук, заставивший его похолодеть: слабый шорох за своей спиной.
Там, где оставалось мертвое тело Рейнарда Рейнера.
[nick]Симон Креван[/nick][status]Познать непознанное[/status][icon]http://sg.uploads.ru/21FMV.jpg[/icon][info]Потомок, 31 год, виверн[/info]

Отредактировано Ирис МакКензи (11-10-2017 12:11:59)

+4

11

Вы счастливец, если провожая из дома любимых, не думаете о том, что это может быть последним разом, когда вы виделись.
Фридрих любил с надрывом, всем сердцем, проживая каждый день как единственный; ведь смерть всегда преследовала Рейнарда, мягкой поступью идя по пятам.
Немец понимал всю тщетность попыток уберечь доктора от боли и страданий. Все чего он хотел – это спокойной жизни вдали от мирских забот, но Ридель был одинок в желании уединиться, наконец, покончив с мрачным прошлым.
Сегодня он едва не потерял Рейна, а с ним и смысл существования.
Доктор недооценил противника, утратив благоразумие в потворстве собственному любопытству. Это было сравнимо с шагом в бездну, тьма из которой завораживающе всматривается в душу.
Он отвык от общества похожих на себя, обнажая хитрость и алчность, уподобившихся простым смертным. Симон же был особенным – сломленным, запутавшимся, испившим из запретного источника силы, медленно разрушающим его. Так искренне верил в навязанные Неведомым истины…
Их объединяла одержимость, чудовищная природа, желание контроля и знаний, но оба являлись хищниками, не способными уступить.
Рейнард широко распахнул глаза, борясь с инстинктивным желанием вырваться, приводящим к тому, что впившиеся в глотку острые клыки разрывали плоть, стоило оказать малейшее сопротивление. Боль заглушала разум, лишая возможности применить способности. Проникающий внутрь яд стремительно парализовал и без того скованное агонией тело.
- Фридрих. Беззвучно шевельнул губами доктор, слабея с каждой секундой.
Все замерло, стеклянный хрупкий мир скрыла пелена холодной тьмы. Звуки постепенно стихли…
***
- Ты, чертов эгоист! Ридель стягивает с него прилипшее от запекшейся крови пальто, дрожащими руками водя по рваным краям ран, не зная чем помочь.
- Я запретил тебе вести дела с этими ублюдками, ты вновь меня не послушал! Scheisse!
Чуть не плача от злости, он трясет угасающего демона.
- Ты не бессмертен и когда-нибудь я не смогу тебе помочь…

***
Тук, тук, тук.
Нарастающий пульс, слабыми толчками отдавался в кончиках пальцев, к ним возвращалась чувствительность.
Рейн приоткрыл глаза, безвольно наблюдая за действиями Симона. Будь Потомок обладателем черных крыльев, он бы не оставил умирать жертву, вкусив крови. Если же он заметит, как прошли старые шрамы и отпустил недуг, то лучше бы одному из них не уходить из госпиталя живым.
Рейнер сипло втянул воздух сквозь плотно сомкнутые зубы и поднялся, зажимая булькающую гортань. Его глаза выцвели до бледной фосфорной зелены и зрачки маленькими черными точками зло буравили спину виверна. Густая темная кровь сочилась сквозь пальцы, капала с подбородка и заполняла рот, в котором едва умещался алый острый язык.
Демон с хрустом запрокинул голову назад, после с тем же болезненным сопротивлением вернув ее положение и шаткой походкой двинулся вперед.
- Сссссимон.
Змеиное инфернальное шипение любого заставило бы похолодеть от ужаса.
Потомка накрыла тень мощных иссиня-черных крыльев.

+4

12

Он был как ночной кошмар. Тот самый, в который не веришь, но от которого не можешь проснуться.
Он не мог выжить. Не должен был выжить.
Но, тем не менее, он поднимался, упорно, медленно, рывками, зажимая ладонью рану на горле, булькая кровью во рту - демон, которого Симон только что убил, в этом он был абсолютно уверен! Он знал силу своего яда, он смотрел пульс Рейнарда Рейнера, он убедился, что врач мертв.
И все же сейчас он вновь смотрел ему в глаза.
- Невозможно... - прошептал Симон, не сводя глаз с ожившего трупа. Труп ухмыльнулся - мерзкой кровавой ухмылкой, показывая острые зубы, и струйка темной крови вновь потекла из уголка его рта - и шагнул вперед. - Ты мертв!
Симон Креван почти ничего не боялся. Но это - это заставило его похолодеть. Во рту пересохло, рваный пульс стучал в висках.
Виверн шатнулся назад, в спину врезался край раковины. Неужели он спятил, позволив своей сущности вырваться в сегодняшнюю ночь? Неужели видит галлюцинации, порождение собственного измученного воображения?
Но Рейнард зашипел, распахивая крылья, закрывая тусклый свет больничных ламп, и с каждой секундой он все меньше походил на галлюцинацию.
- Исчезни! - Симон, чувствуя, как сердце дало перебой, схватил стул у изголовья задушенного Стивена, швырнул его в демона. Тот не стал уклоняться - легко поймал стул и одним движением оторвал от него ножку. И уже сам атаковал виверна, прожигая ненавистью в глазах.
Он не был мертвым. Он абсолютно точно был живым!
Эта мысль отрезвила Симона - он по-змеиному скользнул влево и вниз, уклоняясь от удара Рейнарда и отскакивая на другой конец палаты. Зашипел, трансформируясь: зубы вновь заострились и удлинились, гибкий хвост хлыстом ударил по окровавленному полу, руки прорвали рукава больничного халата, превращаясь в крылья. Он замер, не сводя настороженного взгляда с медленно разворачивающегося демона, выжидая удобный момент.
Каким-то чудом Рейнард выжил - Симон видел, как медленно перестает течь кровь из ужасной рваной раны на его горле, как взгляд становится все более осмысленным. Если он выжил после такого ранения, значило ли это, что...
Что он тоже вкусил той силы, которая наполнила смыслом жизнь самого Симона?
Невероятно!

- Ты знаешь об этом, да? - Симон облизнул губы длинным раздвоенным языком. - Ты обрел бессмертие? Как?!
Ответа Рейнард не давал, и виверн и не ожидал, что получит его. Если Существо, стоящее перед ним, не может умереть - то сейчас, застигнутый врасплох, не имеющий при себе серьезного оружия, Симон не сможет навредить ему так, чтобы это действительно остановило демона. С другой стороны, убивать его было нельзя - о нет, не теперь! Не теперь, когда он почти на языке чувствовал разгадку той тайны, что скрывал демон-доктор.
Со стороны коридора послышались голоса и шум шагов, и оба противника на мгновение повернули головы в сторону двери. Симон скрипнул зубами: расклад был не в его пользу.
Он подпрыгнул, пружинисто взмахнув крыльями, хвостом сбил под ноги окровавленному демону тумбочку, на которой стоял кулер с водой, и, выиграв таким образом лишние секунды, метнулся к окну. Вода смешалась с кровью, заливая пол, стекло лопнуло градом осколков. Виверн на мгновение оглянулся, успел заметить странное выражение на лице ожившего демона, погасший блеск в зеленых глазах, распахнутую дверь, ошеломленные лица врачей и охраны - а в следующий миг уже оттолкнулся ногами от подоконника и стремительно полетел вниз.
Ветер рванул тяжелые крылья, замедляя падение, взметнул тело вверх, заставил зажмуриться. Сердце бешено колотилось - уже проходящим страхом, кровавым азартом, торжеством от завершенного дела.
Почти завершенного. Он убил свидетеля, который мог угрожать Кроухолту, но оставался еще Рейнер. Рейнер, который вряд ли сумеет отыскать его.
Но который, несомненно, попытается.
Когда-нибудь после и он непременно узнает тайну бессмертия Рейнарда Рейнера, демона, который должен был умереть.
[nick]Симон Креван[/nick][status]Познать непознанное[/status][icon]http://sg.uploads.ru/21FMV.jpg[/icon][info]Потомок, 31 год, виверн[/info]

Отредактировано Ирис МакКензи (30-10-2017 14:07:12)

+3


Вы здесь » Practical Demonkeeping » История » [13.10.2013] Побег из лисьей норы


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC